Домой / Развитие / Истинные наши действия — это наши СЛОВА

Истинные наши действия — это наши СЛОВА

Для того чтобы что-то изменить, поменяйте систему описания

Наше обыденное мышление, которое делает ржавым наш ум, зачастую, если не сказать всегда, является источником наших проблем. Кроме того, многие из нас предпочитают трепетать, когда сталкиваются с теми или иными неприятностями и страданиями, которые, кстати, сами и производят на свет, и, покорные своей «злой Судьбе», тащат за собой свое жалкое существование, проклиная и мир, и людей. Многие предпочитают терпеть, нежели работать со своим сознанием. Хотя не страдать проще, чем страдать.

Но если человеку по тем или иным причинам надоело жить в ситуации постоянного психологического напряжения, он неизбежно задумается над своим состоянием, и выберет окончательную тактику поведения: поиск решения или пассивное подчинение. Тот, кто выбрал для себя первый вариант, быть может, найдет в этом опыте нечто полезное.

Но это пока только слова… Хотя речь здесь пойдет именно о словах. Ведь мы постоянно заняты тем, что именуем и переименовываем, используя все те же слова, и таким образом ориентируемся в потоке жизни. Истинные наши действия — это наши СЛОВА

Всякое осознавание происходит посредством имени, знака.

Формирование мира есть формирование языка. Начиная со своего имени, в которое мы смотримся как в зеркало, привыкая к себе, мы начинаем осознавать себя и одновременно захватываем окружающее нас пространство, обозначая и его — от родителей до детского горшка. В процессе подобного включения в реальность Хаос, царящий в голове, постепенно превращается в Логос. Логос соразмеряет наши действия, которые — не что иное, как наши слова.

Прежде чем сделать что-либо, мы называем то, что собираемся сделать, и пока мы не назовем это, мы никогда не сделаем это. Хотя одно и то же назвать можно по-разному. Данное свойство языка отражает нашу особенность — постоянно оценивать.

Одно и то же слово способно возвысить и растоптать, оправдать и обвинить, исцелить и уничтожить.

Ведь истинные наши действия — это наши слова. И отсюда все наши проблемы, которые, прежде всего, — проблемы, связанные с наименованием и оценкой. Мы оцениваем свое состояние, свое положение в обществе, обозначаем свои планы, прогнозы, замыслы. Мы постоянно возводим свое мироздание, используя строительный материал — Слово. Словами мы созидаем и словами мы разрушаем себя. Со словами мы приходим на прием к врачу и с новыми словами уходим. И тем более со словами приходит пациент к психотерапевту и тем более слов он ждет от него.

Однако в словах, с которыми приходят к нам пациенты, никогда нет правды.

Слова, которые они несут нам, — не столько правда, сколько оправдание. Почему? Потому что за этими словами пациент пытается спрятать истинную причину своих страданий, хотя об этом и не знает, так как данный процесс происходит неосознанно.

Просятся «на гипноз», «на биополе», заранее формируя установку — «поможет». И помогает. Но не всегда. А когда помогает, то не навсегда. Все дело в том, что гипнозом, императивным внушением или биоэнергетическим воздействием я «выбиваю» симптом. И действительно — становится легче, и уходит боль, но… Но, по существу, я вычерпываю воду из прохудившейся лодки. И, сколько бы я не вычерпывал дальше, вода все равно набирается. Если существует симптом, значит, где-то «прохудилась» личность. 

Но что же такое — симптом?

Симптом — это устойчивое описание, с которым идентифицируется (гипнотизируется) пациент. Получается, что, если мы хотим фундаментальным образом переработать симптом и избавиться от него насовсем, нам следует его перекодировать, то есть поменять систему описаний — текстов.

Истинные наши действия — это наши СЛОВА

Например, если я считаю, что испытываю головную боль, то мне следует подумать, насколько верно то, что я полагаю, и испытываю ли я действительно головную боль, а не что-то другое, лишь напоминающее головную боль. Ведь моя ошибка может стать заблуждением и направить меня по ложному пути. И, чтобы этого не случилось, мне необходимо предельно точно обозначить симптом. Только после этого можно перейти к правильному его осознаванию и интерпритации.

Техника осознавания производится путем отождествления, знака равенства: «Симптом — это я». Этим самым актом мы как бы заново воссоединяемся с собой. Теперь мы можем свободно расшифровать темный и непонятный для нас код. Вживаясь в свой симптом, мы получаем доступ к более глубокому материалу своей личности. И одним только этим мы снимаем значительную часть напряжения, в котором постоянно находились. Каждый симптом — своеобразный знак, который поддается расшифровке, и ключ к этому шифру — собственное Я.

Теперь мы готовы к тому, чтобы рассмотреть несколько примеров, взятых из психотерапевтической практики:

Пациентка Р. «Жалобы на неудовлетворенность вдохом, когда хочется вдохнуть еще чуть-чуть, а не получается, как будто стоит какой-то ограничитель в грудной клетке. И чем сильнее пытаюсь вздохнуть, тем меньше шансов на удовлетворение».

Только что произошла оценка и обозначение симптома, но пока она еще недостаточно конкретна. И следует ее дополнить и уточнить.
«Я чувствую неудовлетворенность вдохом. Иногда мне не хватает дыхания. Мне хочется вздохнуть полной грудью, но не получается. Это меня чрезвычайно раздражает и злит».

Формула осознавания: «Симптом — это Я». 
Интерпретация: «Дыхание» заменяется на «Я».

Результат: «Я чувствую неудовлетворенность своим Я. Мне хочется полностью ощутить свое Я, но это редко получается. И это чрезвычайно меня злит и раздражает. Интересно, за что же я раздражена на себя?»

Интерпретацию можно расширить и углубить, если еще поработать с симптомом. «Хочется вздохнуть поглубже, но словно что-то мешает… То ли грудная клетка не расширяется больше, то ли… неясно… одним словом, что-то блокирует свободный вдох. Дыхание несвободное».

Теперь все это переводим на себя: дыхание и все, что связано с дыханием, — это Я. «Хочется ощутить большую свободу своего Я. Но, вероятно, я себе же мешаю. Неясно, что со мной происходит, но получается, что я сама же себя и блокирую. Во мне нет внутренней свободы. Вероятно, это меня и раздражает».

Симптом полностью переформулирован в иную форму выражения. Это выражение получило свое обозначение и оценку. Мы обнаружили проблему, но зато освободились от симптома, и теперь уже невозможно «жаловаться» на него. Добравшись до корней, мы не испытываем теперь нужды в том, чтобы поливать засохшие листья.

Сама же по себе работа с проблемой означает новый этап в персональном развитии — этап психологического роста.

В этом и следующих примерах работа проводится по формуле:

1.  Четкое обозначение симптома.
2.  Осознавание: «Симптом — это я».
3.  Формирование тождества личности и симптома.

Пациентка Д. Ощущение кома в горле и проблемы с глотанием. Работая по формуле, получаем следующее: «Ком — это я. И я мешаю себе. Я сама мешаю принять себя (проглотить себя). Я совершаю судорожные усилия, чтобы протолкнуть, вытолкнуть себя, сдвинуть с мертвой точки, но мои действия оказываются безуспешными. Я — ком. Я своим существованием мешаю себе. Я сама у себя вызываю досаду, недоумение, напряженность. Я невольно сдерживаю в себе то, что просится наружу. Я существую в постоянном противоречии между силами, стремящимися к высвобождению и силами самоподавления. И символ этой борьбы — клубок. Чтобы противоречия не разорвали меня, мне пришлось сжаться в клубок. Клубок противоречий. И если меня это угнетает, то не следует ли предпочесть взрыв? Ведь я слишком ценю свободу».

Пациент П. Головная боль. «Я постоянно себя то стискиваю, то сжимаю, то начинаю пульсировать или вовсе раскалываю себя. За что? Откуда это недовольство собой? Быть может, я ожидал от себя большего, чем могу? Быть может, мои претензии и амбиции не оправдались? Или я храню в себе старые обиды и хочу их раздавить? Или смутное чувство вины точит меня? Но ведь я — это я, не больше и не меньше. И разве только из-за того, что я есть, не следует полюбить себя и принять себя? А что касается несбывшихся надежд, несостоявшихся попыток, то не следует ли от них отказаться — перейти от иллюзий в реальность? В конце-концов, мне надоело истязать себя. Мне хочется успокоиться. Ведь я уже ощущаю в себе целительную чистоту покоя. Не правда ли?»

Пациент Ф. Импотенция. «В самый нужный момент я смущаюсь, пасую, становлюсь вялым, безынициативным и напуганным. Мне хочется сжаться, сморщиться, стать незаметным и уснуть. Я теряю себя тогда, когда нужно проявить себя. Я теряю напряжение, когда это напряжение необходимо. Что это — форма протеста или трусость? Как бы то ни было, но я слишком поглощен собой, я слишком занят своими переживаниями, и внешний мир при попытке контакта с ним невольно отпугивает меня. Не следует ли мне поменьше заниматься своей персоной и побольше интересоваться окружающими, не боясь напряжения и затраты энергии?»

Пациентка С. Фригидность. «По существу, я безразлична сама себе. Я бросила вызов природе и слишком активно подавляла свою сексуальность. Вследствие этого развился страх, в котором я не хотела признаваться себе и заменила его отвращением и холодом. А быть может, в глубине души я все-таки симпатична себе? И все-таки все еще люблю себя? Может быть, мне просто никогда не приходило в голову признаться в любви самой себе?»

Пациентка Ч. Страх толпы. «Я боюсь себя, боюсь толпы своих мыслей, может быть, запретных и, как мне иногда кажется, — преступных. Я теряюсь в самой себе. Почему бы мне в один прекрасный момент не подойти к зеркалу и после пристального взгляда в упор не скорчить от всей души гримасу? Вот будет интересно посмотреть, как притихнет моя огорошенная толпа. Уж слишком серьезно я отношусь к себе и пытаюсь контролировать себя».

Пациентка М. Страх одиночества.  «Я существую в себе самой и оттого страшусь себя, своей пустоты. Но пустота — это не только ничто, пустота — это также и все. Что же я больше ценю в себе — все или ничего? Достаточно того, что я ценю себя и свою пустоту, которую я всегда могу заполнить собой». 

Пациент Р. Страх смерти. «Я — смерть, и я боюсь себя. С другой стороны, смерть — это то, чего нет. Ведь пока мы живем, про нас нельзя сказать, что мы мертвы. Итак, смерть — это то, чего нет. Значит, меня пугает во мне то, чего во мне нет. Но это уже и не страх. Быть может, мне следует подумать, как обрести то, чего во мне нет?»

Пациентка 3. Астения. Упадок сил. «Я сама вызываю в себе напряжение и затрачиваю на него колоссальное количество энергии. Непонятно пока, откуда у меня потребность к ощущению постоянного напряжения, но ясно уже одно — я обладаю громадными силами, раз мне приходится их извлекать из себя же самой. Мое состояние можно сравнить с работой прибора, который зашкаливает. Возникает естественная необходимость освободиться от излишка энергии. Я слишком много энергии использую на себя».

Пациентка Л. Запор. Данный симптом имеет довольно успешную психоаналитическую трактовку (впрочем, как и все остальные), но посмотрим, не расскажет ли он нам еще что-нибудь еще. “Я сама себя запираю. Я повесила на себя замок и заперла его. Значит, во мне что-то есть, чем я не хочу делиться с окружающим миром – какие-то потаенные мысли, которые во мне вызывают смутное чувство вины. И я не хочу, чтобы это открылось, потому что во мне слишком развита цензура. Отсюда и моя склонность к уединению. Не пора ли мне свой ум сделать более открытым”?

Я проиллюстрировал всего несколько примеров. Быть может, основываясь на изложенных здесь принципах, кто-то даст иное осознавание и интерпретацию имеющихся у него симптомов. Такой вариант вполне логичен. И было бы странно, если бы это было не так. Важнее всего здесь осознать главное положение, заключающееся в том, что симптом есть не некое фатальное зло, а своеобразная и полезная подсказка, следуя которой мы можем обратить внимание на малоисследованные и малоизученные стороны своей собственной жизни и использовать это новое знание для своей же собственной пользы. опубликовано 

Читайте также:   Пассивная агрессия как средство манипуляции